|
Вылет в 23.55. В аэропорту было уже совсем немноголюдно. Примерно в это же время шла регистрация на
китайский рейс, и больше практически никого не было. Бдительная милиция конфисковала маникюрные ножницы
до возвращения назад. После сентябрьских событий оказалось, что все надо сдавать в багаж. Пассажиры нашего рейса легко диагностировались по рюкзакам и отсутствию раскосости
глаз.
День первый (02.11.01)
Рассвет встретили в аэропорту Дубаи. В 5 часов по местному времени здесь было 23 градуса, что очень
радовало после московского мокрого снега. Из окна аэропорта виден Персидский залив. В здании аэропорта
растут огромные пальмы, протыкая насквозь все 3 этажа. Мы даже ствол в сомнениях потрогали, уж очень они
правильные и аккуратные.
Гималаи появились за полчаса до посадки. Казалось, что к земле они не имеют никакого отношения, а просто
парят над облаками сами по себе. При посадке хорошо виден Махабхарат, предгорья
Гималаев. С земли же все близлежащие горы в дымке. +26 и в московском наряде невозможно жарко. Аэропорт
Трибхуван – единственный международный аэропорт в Непале представляет собой приземистое одноэтажное
кирпичное здание.
Едем в нашу гостиницу на северной окраине Патана, рядом с Патанскими воротами. Протекающая рядом
священная Багмати является границей, отделяющей Патан от Катманду.
Забегая вперед скажу, что впечатление первых нескольких дней – шоковое: грязь (назвать
Багмати рекой в пределах города, язык не поворачивается, это нечто среднее между общественным туалетом и
помойкой), нищета, калеки и больные на улицах, публичные кремации, причем остатки трупа сбрасывают туда же,
где омывают новорожденных и молодоженов (опять же в Багмати), жертвоприношения, люди стирают и моются на
улицах… Как сказал гид, из 22 млн. населения 300.000 занято в сфере туризма, 200.000 – гос. служащие, а остальные,
надо понимать уж как придется… Но через пару дней начинаешь видеть и чувствовать и другое… Да, теперь
непальцы ездят на мотоциклах, а на крышах домов спутниковые антенны, но в какой-то момент ты ощущаешь, что
на самом деле люди здесь живут также, как и много веков назад. Они поклоняются огню, статуям и храмам,
стучат в колокольчики и носят национальные одежды. Средневековье здесь не имеет ничего общего с
театрализованными декорациями Европы, это их обычная повседневная жизнь. Но Непал это не только
экзотическая страна или территория, где находятся Гималаи, это страна людей с необычно выразительными
лицами, да и среди туристов случайных людей мало, большинство едет сюда за своей мечтой (и неважно, что у
каждого она своя), здесь какая-то особенная аура, которую чувствуют даже
придавленные материализмом люди. Через несколько дней ощущаешь себя здесь как
дома, и это несмотря на абсолютную необычность и экзотику окружающего мира. Считается, что где-то в этих
краях затерялась непостижимая для простых смертных Шамбала, заповедная страна, где формируется
энергетика, необходимая для духовной эволюции человечества.
На сегодня запланирован Сваямбунатх («сваямбу» – саморожденный). Он находится в западной части
Катманду, на высокой Обезьяньей горе за рекой Вишнумати. Легенды связывают это место с первым приходом в
Непал бодхисатвы Манджушри. Как у всякой ступы, его основание в форме мандалы (плоское симметричное
изображение трехмерного мира, используемое для медитации). Сваямбунатх представляет собой облицованную
камнем и оштукатуренную полусферу белого цвета, с кубической хармикой наверху. Над хармикой поднимается
высокий конус из 13 колец, символизирующих 13 ступеней развития в буддизме. Последнее 13 кольцо – нирвана (свобода
от желаний,
привязанностей, страхов, и таким образом - страданий; окончательное избавление от бесконечного круга
перерождений и существований). Ступы украшены мантрами – разноцветными флажками с молитвами на
тибетском языке. Один из самых доступных всем посетителям ритуал – прадакшина – обход ступы по часовой
стрелке и вращение молитвенных барабанов с выгравированными на них словами молитв на санскрите,
расположенных по периметру ступы. Проходя первый раз, ты молишься за всех людей, второй – за животных,
третий за себя. И всегда и везде - глаза Будды. Всевидящие и все понимающие. Не обязательно знать местные
языки, чтобы обратиться к нему. Предусмотрительные непальцы уже написали молитвы на все случаи жизни на
молитвенных флажках и барабанах. Достаточно постоять под развевающимися на ветру флажками или покрутить
правой рукой барабан, как ваша молитва отправится по назначению.
Помимо основной ступы здесь есть масса других построек – храмы, скульптуры,
гостиница, монастырь Кармапа и даже музей, где собраны скульптуры, украденные из разных мест… Вообще
Непал единственное в мире чисто индуистское государство, но около 10-15 % населения буддисты. Что самое
интересное, местное население часто исповедует обе религии, тем более, что в них очень много общего. Дело в
том, что непальцы, а особенно народности, населяющие долину Катманду, поклоняются и Будде, и Шиве. И с
индуистской, и с буддисткой точек зрения после смерти душа переселяется в другое тело, реинкарнируется.
Поэтому при жизни главное стремиться делать добро – тогда можно обрести благое рождение. Разобраться в
божественных отношениях крайне сложно. Здесь боги уживаются исключительно мирно, без всяких конфликтов.
С вершины холма открывается вид на Катманду и Патан.
В ноябре темнеет около 6
часов, и как характерно для этих широт очень быстро. За полчаса Катманду погрузился в ночь. Вечер мы
провели, бродя по узким улочкам Тамеля (торговый и туристический квартал в самом центре города), среди
обилия ячих свитеров, колокольчиков, туристического снаряжения, гостиниц и quest хаузов, интернет-кафе, бюро приключений, множества туристов со всех концов света, коров и коз, вяло
бредущих среди них и временами останавливающихся, чтобы сожрать очередной полиэтиленовый пакет. На улице
предлагают все что угодно: услуги рикши, трекинг, номер в отеле или просто просят немного денег. Идя по
Тамелю повторяешь как мантру «no, thank you».
Автомобильного движения в нашем понимании в Непале нет, оно происходит сразу во
всех направлениях и скорее напоминает броуновское. Машины, велорикши, тук-туки, велосипедисты, коровы,
мотоциклисты, изумленные туристы все это смешивается в бурлящий хаотический поток, звенящий, кричащий,
сигналящий и изредка мычащий. За 16 проведенных в Непале дней мы встретили 2 светофора, оба в Катманду (один
на самом юге, рядом с Багмати, а 2-ой, кажется, около Парламента). Почему нет дородных аварий совершенно не
ясно, но это факт. Не замечаешь как привыкаешь и воспринимаешь это как нечто, само собой разумеющееся.
Около восьми вечера лавки постепенно закрываются, и в 9 часов город засыпает. Местами на улицах
встречаются красные флаги или нарисованный на стенах домов серп и молот – проделки маоистов.
Вечер завершился ужином в небольшом ресторанчике с видом на пруд. Как рассказал
гид, его были вынуждены обнести забором, поскольку он стал местом самоубийств неудачливых учеников.
03.11.01 День второй
Утром нас встретил уже
постоянный гид, Кумар. У него в семье кто-то умер и поэтому в течение 40 кажется дней, он должен носит только
белую одежду, что в условиях пыльного и грязного Непала весьма проблематично. Оказалось, что у буддистов
цвет траура – белый.
С утра поехали в
Боднатх. Внешне похожая на Сваямбунатх эта ступа находится на северо-восточной окраине Катману – на
дороге, ведущей в аэропорт. Она принадлежит общине ламаистов, тесно связанных с Тибетом. Ступа стоит на
ровном месте и с севера отгорожена от городского квартала невысокой стеной, а с юга сплошным полукругом
домов. Около основания ступы есть специальные деревянные щиты для молитвы, сам процесс отдаленно
напоминает отжимания. Совсем рядом со ступой находится бутанский монастырь. Здесь, как и во всех
монастырях Непала, удивительно тихо и красиво. Стриженые баскетники, ухоженные цветы, красочная роспись и
непременный атрибут тибетского монастыря – 2 скульптуры оленя на крыше. Внутри огромное помещение, где
также тихо и прохладно. В отличие от индуистских храмов в буддийские, может зайти любой. Одна стена занята
скульптурой Будды, с противоположенной находятся коврики для молящихся. В это время там сидели трое
европейцев и то ли медитировали, то ли молились.
 
Переезжаем в Пашупатинатх. Это крупный индуистский центр, расположенный на левом берегу Багмати на
восточной окраине Катманду, на холме Мригастхали. Существует легенда, что когда-то здесь в образе оленя (мрига) Шива скрывался от охотников.
Старинный храм посвящен Шиве-Пашупати (Пашупати – покровитель животных и скота, а также одна из ипостасей
жены Шивы). Дух Шивы, витает над всем Непалом, в том числе даже в самых труднодоступных уголках королевства.
Бога прославляют тысячи каменных изображений и монументов. Его имя носят храмы, горные вершины, города.
Но что интересно, непальцы относятся к Шиве не только с безграничным
уважением, но с определенной долей страха. Ведь как-никак бог-разрушитель. Да и изображается он в грозном
виде чаще всего в священной, но чрезвычайно зловещей пляске. Храм несколько раз перестраивали и
реставрировали. В XIV в.
храм сожгли поскольку сюда приходили мусульмане и касались всего, а они считаются «неприкасаемыми» и
следовательно все осквернили.
На левый берег пускают только индуистов, а для всех остальных предназначен правый, на который можно
перейти по мосту. Слева и справа от моста расположены гхаты – прямоугольные каменные площадки для
кремации, причем слева (если смотреть с правого берега) для простых смертных,
справа сначала для министров и важных чиновников, потом для королевской семьи. Понаблюдать за кремацией
собираются туристы. На поленницу из дров, которые в Непале достаточно дороги кладется тело, завернутое в
саван, затем его украшают цветами, посыпают благовониями и поджигают пучками соломы. Все происходит
неторопливо, как и вся жизнь в королевстве и подготовка может занимать несколько часов. Пепел и остатки
костей сбрасывают потом в Багмати.
За гхатами находится лингам Шивы (фаллический символ, символизирующий его мощь), где поклоняются
празднично одетые мужчины и женщины в нарядных сари. Праздничное сари имеет в длину около 6 м. и весит
несколько килограммов. Здесь же купают новорожденных и совершают обряд омовения молодожены. Согласно
индуистской философии огонь и вода являются двумя основными элементами мироздания, и поэтому именно с
водой связаны все мало-мальски значимые этапы в жизни человека. Вода несет в себе очищающее начало,
поэтому каждый пришедший на эти берега считает своим долгом совершить ритуал, включающий обязательное
омовение в водах священной реки. К ней обращаются с молитвой, просят благословения, приносят дары. В дни
празднеств сюда стекаются толпы паломников. Здесь же, в обмелевшей после сезона дождей Багмати, плещутся обезьяны. По словам Кумара, сейчас здесь вода чистая, а до недавнего
времени в нее сливали сточные воды.
Огромная территория комплекса застроена всевозможными памятниками, храмами и зданиями разного
назначения. Здесь больница для больных тифом, дом для тех, кто чувствует, что он уже не жилец на этом свете,
гостиница для паломников. На обрывистом берегу примостились маленькие хибарки – ночлежки для местных
бездомных. На правом берегу растут огромные интересные деревья, гид сказал, что это monkeypleasure (обезьянья радость) и
что завезены они из Англии, где выглядят как кустарник, а здесь вырастают по 30-40 м.
И в Катманду, а особенно в Пашупатинатхе можно встретить многочисленных садху –
отшельников. Большинство из них является поклонниками Шивы, однако, часть поклоняется Вишну. Отличить их
можно по специальному знаку в виде линий на лбу, который называется тилака. У шиваитов они горизонтальные,
а у вишнаитов – вертикальные. Многие садху практикуют йогу. Садху становятся люди, считающие, что их
деловая и семейная жизнь достигла своего естественного завершения, и настало время отставить всё и
вступить на путь духовного поиска. Помимо садху, практикующих путь индивидуального духовного поиска,
существуют еще и гуру, что переводится как учитель. Правда, это не «учитель» в нашем понимании этого слова,
а, скорее, духовный лидер, своим поведением указывающий путь, которому надлежит следовать. В мире
существует не так уж много гуру. В Катманду живет один из них по имени Милк-баба. Ему 70 лет. Вот уже 20 лет он
питается исключительно молоком. Он считает причиной всех человеческих страданий наши неуемные желания.
Говорят, что его кожа бархатная и нежная как у младенца, но нам его не удалось увидеть.
На левом берегу находятся чайтьи (буддийское
культовое сооружение, храм-молельня) с лингамами внутри. Здесь совершали самосожжение жены умерших мужей
(сати). Со второй половины XIX в. обряд сати совершался редко, а
с 1920 г. особым декретом этот обычай был упразднен, хотя по словам гида это случается и сейчас. В связи с
этим у неваров был обычай символически отдавать девушек в жены дереву «бел» (из семейства цитрусовых),
которое считается одним из воплощений бога Вишну. У женщины, вышедшей замуж за дерево «бел» после смерти
мужа оставался еще один «супруг», бессмертный бог Вишну и она не шла на костер. Предметным воплощением
дерева-супруга являлся плод бела, который женщина хранила как свою жизнь. Согласно религиозным
постулатам в индуизм нельзя обратиться. Человек либо рождается индуистом, либо нет. После всего
увиденного в это легко поверить J.
 Возвращаемся в Патан. Из 3-х крупнейших городов непальской долины Патан упоминается раньше всех. В
непальских хрониках говорится, что король Вирадева, правивший в VII в., будто бы в день своей коронации повелел построить город по имени Лалитпатан («красивый город»),
который вмещал бы 20000 жителей. До XIV в. Патан был столицей королевства. Следующей столицей становится Бхактапур, где поселяется король.
Однако после раздела Непала на 3 равноправных княжества Патан вновь занимает столичное положение –
вплоть до воцарения Притхвинараяна из династии Шах, перенесшего в XVIII в. столицу в Катманду.
У Патана за века его истории было много названий, например, до сих пор популярно название – Лалитпур.
Обязательным атрибутом столичного города является королевский дворец с площадью перед ним (Дарбар Сквер),
застроенной храмами. В Патане к королевскому дворцу сходятся главные улицы. Застройка площади, как и
самого патанского дворца относится к XVII-XVIII вв. Неширокие улицы и переулки делят Патан на прямоугольники жилых
кварталов, внутри которых располагаются храмы, дега разных типов, скульптуры. Все вместе они создают
почти однородный массив красно-кирпичных домов, со сплошной линией фасадов, выходящих на улицы и
закрывающих большие площади и маленькие дворики-колодцы домов отдельных семей.
Традиционные городские непальские дома имеют обычно 3-4 этажа. На первом этаже, нежилом, находящемся
вровень с мостовой, чаще всего располагаются торговые лавочки и мастерские. Они бывают открытыми в виде
галерей и только на ночь их закрывают ставнями. Традиционные непальские окна не имеют стекол, есть только
деревянные ставни, закрывающиеся изнутри.
Вечер опять провели в Катманду, пытаясь сориентироваться по схеме города из аэропорта. В гостиницу
в Патане поехали на тук-туке. Показали водителю карточку отеля со схемкой на ней, он радостно закивал,
поехали. Через некоторое время мы благополучно миновали указатель нашего отеля, при этом водила
продолжал уверенно и бодро ехать дальше. Спустя еще минут 20, мы решили ему об этом сообщить, сначала он не реагировал, но потом
все-таки остановился. Оказалось, что мы в центре Патана, там где начали |
